Во время своих путешествий среди деревень в южной провинции Сибири мой отец, тогда совсем еще молодой человек, проповедовал в небольшой деревне к северу от Томска. Там он встретил одного проповедника, живая вера которого также влекла его идти из одного села в другое, чтобы нести людям весть спасения. Они стали хорошими друзьями, так как у них были общие цели и горячее желание проповедовать Евангелие.
У этого человека, господина Казакова, была жена и два сына, и он пригласил юношу к себе домой. Жили они в городе Томске, который находился примерно в семидесяти пяти километрах к югу от того поселения, где они встретились. Молодой проповедник провел две недели с господином Казаковым и его семьей в их доме. Он высоко оценил глубокую приверженность и преданность семьи служению Богу. Позже он узнал, что Казаков был очень богатым русским исследователем, который принял Христа своим личным Спасителем и полностью посвятил свою жизнь благовестию. Жена и сыновья решительно поддержали его в этом. Он оставил свою работу исследователя и стал ходить с благовестием Евангелия по всей Сибири, а также и в других частях России.
После встречи они уже вместе передвигались по южной провинции Сибири и по югу России. Много раз их арестовывали и сажали в тюрьму, и каждый раз они сбегали с помощью верующих.
Они стали очень известными проповедниками среди населения. Но и коммунисты также знали, что мой отец и господин Казаков говорят против коммунизма, и стали выслеживать их, чтобы поймать и заставить замолчать любым способом. Каким-то образом, с Божьей помощью и помощью членов церкви, в маленьких деревнях, где они проповедовали, они могли оставаться на шаг впереди коммунистов в своём продвижении по селениям. Они продолжали пересекать страну, направляясь на северо-запад и глубже, в сибирскую тайгу. Проповедники пытались избежать встреч с коммунистами, узнавая о тех местах, где их не было.
Казаков был старшим и более опытным христианином, когда дело доходило до борьбы с коммунистами. Он сказал отцу, что у него есть предчувствие, что в стране произойдет что-то серьёзное. «Я стал бояться за свою семью, и поэтому я решил отправить их отсюда. Я думал об этом очень долго; оставаться им тут было бы очень опасно, и я отправил их в Лос-Анджелес, штат Калифорния, в Америку. Там у меня есть близкие друзья, которые помогут моей семье. Моя жена и дети будут там в безопасности. Я уже сделал все необходимое, чтобы их встретили в Лос-Анджелесе, они будут там уже на этой неделе. Прошло около четырех недель с момента их отъезда. Теперь я спокоен; коммунисты не смогут повредить моей семье в Америке. Там они находятся вне досягаемости, и я могу продолжать проповедовать Евангелие, не переживая за них».
Друзья продолжали нести Евангелие в провинциях Сибири и на юге России, где преследования коммунистов становились все сильнее. Какое-то время им удавалось быть впереди коммунистов, но в одно воскресное утро их все-таки схватили в то время, когда они покидали богослужение в одной из деревень. Коммунисты сказали членам церкви, что они сомневаются в некоторых моментах деятельности этих людей. После того как они уточнят кое-что, они освободят их. Они хотели знать, кто поощрял молодого юношу и господина Казакова проповедовать против коммунизма и кто оплачивал их содержание и дорожные расходы. Однако проповедники понимали, что их отправят в тюрьму или даже убьют за то, что они проповедовали Слово Божье.
Коммунисты были убеждены, что коммунизм был истинным богом. Другого бога нет, кроме коммунизма. Они думали: «Как христиане могут распространять проповедь о Боге, который не виден и, вероятно, не существует, кроме как в воображаемом, сказочном мире? Все знают о коммунизме и признают его идеи за истину. Почему эти люди так отличаются ото всех? Почему они не хотят поддерживать наши идеи? Коммунизм есть светлое будущее для всех людей. Как они не могут этого понять?»
Молодой проповедник сказал им, что никто им ничего не платит, и что они служители Божьи и проповедуют Библию людям, как повелел им Бог. Но они не верили им. Они сказали, что должны отвезти их в свой штаб в следующую деревню и расспросить их более подробно. С этими словами их посадили в повозку с двумя вооруженными солдатами, и они отправились. Один солдат управлял лошадьми, а другой охранял проповедников
Молодой проповедник хорошо знал эту местность, и знал также, что в следующей деревне нет никакого штаба. Они оба понимали, что солдаты говорят им неправду. Они только что были там совсем недавно. Кроме того, деревня, о которой они говорили, была в другом направлении, а они двигались прочь от дороги, ведущей в деревню, а не к ней.
Солдаты везли их в самый отдаленный район сибирской тайги. Они все глубже продвигались в темный лес и направлялись к западу и несколько севернее. Один из солдат проговорился, что они собираются отвезти их в специальную тюрьму. Когда придет время, они отправят их оттуда в штаб, где их будут допрашивать. Молодой проповедник знал, что это ложь. В этой части страны не было тюрем; там не было ничего, кроме тайги.
Когда они ехали дальше по дороге, один из солдат заметил, что никто ещё ни разу не убежал из той тюрьмы. Пленники сразу поняли, что их собираются расстрелять и бросить далеко в лесу, где никто не найдет их. После казни они будут брошены в тайге, где дикие животные растерзают их тела и от них не останется никаких следов. Никто никогда не узнает, что с ними случилось. Коммунисты, как обычно, расскажут о том, как их допрашивали в штабе и потом освободили, и что они теперь проповедуют в соседней деревне. Таким образом, никто не стал бы подозревать коммунистов, и никто не стал бы их искать.
Усевшись позади солдат, пленники посмотрели друг на друга. Без предупреждения они вскочили и резко толкнули солдат вперед и вниз с повозки со скачущими лошадьми. Солдаты мгновенно оказались висящими вниз головой и крепко прижатыми к повозке поводьями лошадей. Отчаянно цепляясь и пытаясь удержаться, они болтались почти над землей между колёсами и задними копытами скачущих лошадей. Солдаты изо всех сил пытались подтянуться и забраться в повозку, чтобы не стать растоптанными копытами лошадей и быть раздавленными колесами. Прежде чем солдаты смогли что-либо сделать, друзья спрыгнули с повозки и побежали так быстро, как только могли, к густому лесу, который находился неподалёку от дороги. Наконец солдаты смогли подтянуться и забраться в повозку. Они схватили винтовки и стали стрелять в убегающих проповедников. Но те, не разбирая дороги, отчаянно бежали к лесу, чтобы удалиться как можно дальше от солдат, которые стреляли в них. Свист пуль, летящих совсем близко, подстегивал беглецов.Пытаясь скрыться в густом лесу, они бежали изо всех сил. Они знали, что если они смогут добежать, то будут в безопасности.
Солнце садилось очень быстро. Темнота тяжёлым облаком медленно опускалась на лес. Но было ещё не так темно, чтобы скрыться от преследующих солдат. Беглецам все ещё угрожала опасность быть убитыми. Солдаты пытались догнать их, стреляя на ходу. Проповедники бежали из последних сил, пытаясь добраться до прикрытия леса и той спасительной темноты, которая укроет их. Там они найдут убежище и спасение. Деревья становились все ближе, а пули продолжали свистеть вокруг беглецов. Невзирая на звуки стрельбы, они продолжали свой отчаянный бег. Еще немного, и они вбежали в лес. Перепрыгивая через сломанные ветки и старые бревна, они спотыкались, падали, вставали и бежали дальше так быстро, как только могли. Стрельба продолжалась, не давая им передышки.
Казаков внезапно споткнулся и с размаху упал лицом вниз. Он лежал неподвижно, а из раны на его голове хлестала кровь. Одна из пуль ударила его прямо в затылок. Молодой проповедник сразу же подбежал и опустился на колени около него и вдруг с ужасом осознал, что его друг мертв. Тяжкий стон вырвался из его груди. Зная, что он ничего не может уже сделать для него, быстро вскочил и побежал, закрывая голову руками, чтобы хоть как-то защитить себя от пуль.Тьма, наконец, совсем опустилась, и стало трудно разглядеть что-либо вокруг. Он понял, что солдаты потеряли его из виду и где-то отстали. Лес был таким темным, что он едва мог видеть даже вытянутую руку перед собой. Он поблагодарил Бога за эту своевременную темноту, которая укрыла его. Хотя он знал, что солдаты не будут гоняться за ним по лесу ночью, он все равно продолжал бежать. Он больше не слышал выстрелов, и пули не летали вокруг его головы. Тем не менее, он неустанно пробирался в самую гущу леса, желая как можно дальше оторваться от солдат, пока у него есть такой шанс.
Сильно хотелось пить, и он был изрядно истощен. Сердце бешено колотилось, легкие, казалось, разорвутся от напряжения. Он понимал, что, несмотря на свое полное изнеможение, ему нужно продолжать идти дальше в лес. Если его найдут, он будет убит. Отчаянно борясь за свою жизнь, он продолжал движение по темному лесу. Наконец, он дошел до полного изнеможения и рухнул на землю. Он лежал, задыхаясь, все ещё пытаясь всматриваться в темноту леса. Недалёко от него чернел силуэт большого дерева. Он решил подползти и прислониться, чтобы слиться с ним и немного отдышаться. Вокруг была полная тишина – ни звука. Он был так изнурён, что не заметил, как заснул сидя, привалившись к дереву. Уже рассветало, когда он открыл глаза, и наступало утро.
