Разрушенный дом
В одном из окраинных, мрачных районов Куда приличный люд не заходил, Полуразбитый дом служил притоном, Средь горожан он проклятым прослыл.
В нем часто собирались наркоманы, Варили своё «зелье» над свечой, Вместо постелей были кучи хлама, Шприцы, окурки, плесень, пол гнилой.
Повсюду насекомые и крысы. В пустых глазницах окон – темнота. Разрушенная протекала крыша, И смрадная кругом нечистота.
Тот дом немало видел извращений, Следы грехов впитали стены, пол… Воспоминанья старых преступлений, Как призраки порой всплывали в нём.
Однажды группа пьяной молодёжи Там от чужих скрывалась глаз людских, Надеясь, что их там не потревожат, Услышали калитки ветхой скрип.
Стоял у дома господин приличный, Окидывая взглядом стены, двор… Под окнами прошёлся, что-то в личный Записывал поспешно он блокнот.
В его лице решительность читалась, « Да, окончательно, сомнений больше нет: Я этот дом себе приобретаю»… И он ушёл, в траве оставив след.
Подростки друг на друга поглядели, И пальцем покрутили у виска. Быть нужно сумасшедшим, в самом деле, Чтобы отдать хоть рубль за этот хлам.
Но господин тот вскоре появился, Уверенно ко входу зашагал, И документ юристами написанный С нотариальной подписью держал.
В другой руке – объёмистая сумка, Скрипят гнилые доски под ногой. Одна из них внезапно резко хрустнула, И гвоздь вонзился в ногу, вызвав боль.
Но человек тот не остановился, Поморщившись, шагнул вперёд он вновь, Как будто бы из раны не сочилась, Марая брюки, алой струйкой кровь.
В зловонном коридоре на минутку Остановился, рану обвязал. Всё это выглядело очень странной шуткой, Но человек теперь мешки достал.
И начал собирать прогнивший мусор, Нимало не смущаясь нечистот. Он тихо повторял: « Мне дом сей нужен. Да даст мне сил не отступить мой Бог.»
На подоконнике лежал листок бумаги: Продажи-Купли дома договор, На нем помимо подписи хозяина Теперь кровавый след запечатлён:
«Я покупаю в вечное владенье Разрушенный, проклятый, ветхий дом. Мной неизменно принято решенье, Здесь поселюсь и буду жить я в нём.
Я вижу весь процесс восстановленья, Как поменяю в нём трухлявый пол, И, вычистив всю плесень, снова стены Покроет белый гипсовый раствор.
В нём больше жить не будут паразиты, А окна засияют чистотой. Я вижу сад, глицинией увитый, Цветы на подоконнике, газон»…
Это проект, но до него немало Работы грязной нужно совершить Хозяину. И это лишь начало… Но в этот дом пришёл он, чтобы жить.
И кровью договор скрепил своею, Владеет вечно этим домом он, Никто теперь оспорить не сумеет, Дом куплен очень дорогой ценой.
Пока ещё висит на нем табличка: «Ремонтные работы здесь идут». Ты спросишь: «Что тебе до дома лично? « А я ответ сейчас тебе скажу:
И ты, и я – разрушенные стены… Когда-то сильно поработал грех. Мы жить без Бога просто не умеем, Мы пропадаем, погибаем все.
Наш разум был притон речистым мыслям, Пытались мусором заполнить пустоту… Преступники, изменники, завистники – Мы сеяли обман и клевету.
И были мы врагами Иисусу, Грехом в осколки жизни раздолбав, А сердце – камень с неподъёмным грузом, Мы не смогли б стать лучше никогда!
Но Он пришёл в разрушенные зданья, И Он сказал: «Теперь здесь буду жить. Есть план, он от начала мирозданья, Как эти здания Мне все восстановить».
И купчая ценой пролитой Крови Была подписана там, на кресте, Христом, И нашу наготу покрыл любовью, И мой разбитый восстанавливает дом.
В нас всех теперь идёт эта работа: Кому-то сменят пол иль потолок, А может, пока мусор у кого-то В огромные мешки Господь кладёт.
И мы, друзья, осознавая это (Что в каждом есть намало разных дыр), Должны открыты быть навстречу Свету, Чтоб каждый уголок Он осветил.
И каждому из нас запомнить важно, Что рядом с нами – «ветхие дома, Что их разрушенность прозрев однажды, Судить других не станем никогда.