Можно

В госпитале, среди всех больных, Там лежал мальчишка одинокий, Видно было всем со стороны, Что не поберёг вот эти ноги.

Таяла свеча, он угасал, Так заметно силы покидали. Губы в кровь отчаянно кусал, Оттого и все вокруг страдали.

Тётя Лена, то есть медсестра, Гладила ребёнка по головке. Он спросил, превозмогая страх, Были те слова по-детски робки.

«Можно, я сегодня не умру? У меня в субботу день рожденья. Я все слёзы быстренько сотру, Это ведь ещё не пораженье.

Только можно мне ещё пожить? Ну хотя б ещё, ещё неделю. Нужно мне немножко поспешить, И закончить всё, что я сумею.

Мне так нужно пару дней дожить, Чтоб ещё раз встретиться с сестрёнкой. И задачку сложную решить, И спасти кого-то от подонка.

В мире столько неотложных дел, Кто же с этим справиться сумеет… Я, конечно, очень бы хотел, Есть же, кто здоров и не болеет.

Я хотел бы стать потом врачом, Помогать всем тем, кто очень болен. То, что я болею, не при чём, Главное, чтобы изчезло горе.

За окном, наверно, хорошо.. Пацаны сейчас в футбол играют. И как хорошо, когда ещё У тебя твоё не забирают.

Я мечтаю, но не за себя, За других девчонок и мальчишек. И хочу, чтобы у всех ребят Было много хлеба, игр, книжек.

Чтобы «Детский» всё же домом был, Не казённой, серою казармой. И от сердца кто-нибудь любил, Чтобы каждый встретился бы с мамой.

Я хочу от сердца всех простить, Мне осталось жить совсем немного… Нету силы боль переносить. Я уже хочу увидеть Бога»…

Он ещё неделю пережил. Радовался каждой новой встрече. Пусть не всё, что думал, совершил, Но собой зажёг другие свечи.

Тётя Лена слушала его, Искреннюю исповедь ребёнка. И в душе молилась за него, Отойдя немножечко в сторонку.

Мальчика не стало поутру… Слёзы вытирала осторожно. «Можно, я сегодня не умру?» И она сказала тихо: «Можно».